Утро после «мирного ультиматума». Леонид Гозман — о том, как в Кремле перестали волноваться и полюбили бомбу — Новая газета Европа
КолонкаПолитика

Утро после «мирного ультиматума»

Леонид Гозман — о том, как в Кремле перестали волноваться и полюбили бомбу

Утро после «мирного ультиматума»

Второй этап тактических ядерных учений вооруженных сил России и Беларуси. Фото: Информационный материал для прессы Министерства Обороны России / EPA-EFE

«В начале было Слово» — не только в том Начале. Слово в начале всего — слово предваряет любое дело и любой кошмар.

Погром, еврейский или армянский, происходит после того, как много раз прозвучали слова «жид» или «хач», а также объяснения зловредности этих наций. Ядерная война тоже может случиться лишь после того, как слова о ней прозвучат публично, перестанут пугать и станут обыденностью. Они прозвучали!

Они звучат уже который месяц: всё разбомбим, а что же нам делать, когда нас провоцируют, а американцы в Хиросиме что сделали. Проводятся учения по использованию ядерного оружия — подчеркивается, что не стратегического, мы ж мирные люди, не звери какие. Убьем, то есть, но не до смерти. И учения, конечно, исключительно в ответ на агрессивную политику блока НАТО. В концепции безопасности что-то меняют и что-то туда вписывают. Сама-то концепция никому не нужна, не таково наше начальство, чтобы при принятии исторических решений руководствоваться какими-то там документами, но вот вносимые в нее изменения — сигнал. О возможности (необходимости, неизбежности) использования Бомбы говорится на всех уровнях и так часто, что «это невозможно» сменяется вопросом: «Когда и где?»

О Бомбе говорят по телевизору, говорит Шойгу, дикую чушь, но тоже о Бомбе несет Медведев. О ней постоянно говорит и Путин.

И вот новый ультиматум. Согласны на мир, говорит Путин. Только отдай нам, нелегитимный Зеленский, еще кусок своей страны (тот самый, который мы никак не можем захватить), не вступай в НАТО, ну и денацифицируйся. Последнее — ни о чем и никак не может быть верифицировано и именно поэтому очень важно — мы всегда сможем сказать, что ты наших условий не выполнил. Ну а Запад (твои «сраные союзнички», как их ласково назвал бывший президент РФ Медведев) должен немедленно снять с нас санкции. И тогда мир — мир навеки. Примерно как после захвата Судет.

По поводу мира навеки. За пару дней до своей оглушительной победы над здравым смыслом — 87 процентов сограждан официально проголосовали «за»! — Путин сказал, что воссоединение Украины и России неизбежно. Всей Украины, а не только Крыма и четырех областей. В этом — в уничтожении Украины как субъекта, в исчезновении ее — и есть цель войны, а ультиматум говорит лишь о целях промежуточных.

Но власти наши, разумеется, и не рассчитывали, что их ультиматум будет принят, — он, кстати, был отвергнут основными акторами буквально через несколько часов после оглашения. Тогда зачем он?

Фрейд считал самыми информативными для понимания человека его странные, не вписывающиеся в логику поступки. Вся эта война ни во что не вписывается.

У нее нет прагматических целей. Это не выход к морям, за который воевали первые русские императоры, это не стратегические ресурсы, к которым, воюя с СССР, прорывался Гитлер. Присоединение каких-то территорий, да хоть и всей Украины, не сделает Россию ни сильней, ни богаче, не снизит уровень угроз и не откроет ей дорогу к новым высотам, что под ними ни понимай. Эта война раннего средневековья, когда один феодал мог пойти войной на другого просто потому, что тот его чем-то обидел, не оказал должных почестей. Путин начал эту войну от обиды на весь не желающий признать его величие мир, да еще и не понимая этого мира. Он же верил, что украинцы не станут сопротивляться, он же в первые дни войны призывал украинских военных совершить переворот. И, кажется, ждал, что будут встречать с цветами. Советских фильмов о войне насмотрелся?

Ультиматум выдвинут в объективно неудачный для России момент — наступление на Харьков захлебнулось, украинцы успешно бьют по российской территории, оружие им снова поставляют, да и с деньгами у них становится полегче. Маятник явно качнулся в их сторону. Да еще и саммит в Швейцарии — сто участников как никак, — для которого ультиматум явно будет фактором сплочения против России.

Тогда зачем? После первого ультиматума конца 2021 года, в котором они потребовали, чтобы НАТО «убиралось», они пошли на Киев. Куда они собрались сейчас?

Или это просто шантаж? Держите меня семеро, я сумасшедший. Лучше уж откупитесь от меня, по крайней мере, оставьте Украину один на один со мной. Ну, еще с Ираном и Северной Кореей. А иначе — ядерное оружие, у меня же больше ничего не осталось, я же все, что мог, и так использую. Вот посмотрите, что мы сделали с Волчанском, мы и с вашими городами такое сделаем (они по телевизору прямо об этом говорят).

Но это еще и та же самая обида, из-за которой война и началась. Я же в своем праве, я же император, а что земля это моя, так про то еще Богдан Хмельницкий писал — вот и документ сохранился. Но вы не признаете моих прав, вы не уважаете меня, а украинцы — вот не зря их тупыми и упертыми считают — всё продолжают бессмысленное сопротивление, умные люди давно бы капитулировали. Что ж, я так хлопну дверью, что мало не покажется.

Наши власти, как обиженный на весь мир ребенок-аутсайдер, забились в угол и мечтают, как они всем отомстят. Плохо, что им есть чем отомстить (если, конечно, ядерный арсенал действительно существует, а не является таким же мифом, как, например, танк «Армата», который как заглох на параде, так и исчез — никто больше его не видел).

Часы судного дня показывают «90 секунд до полуночи». Фото: AFP PHOTO / Scanpix / LETA

Часы судного дня показывают «90 секунд до полуночи». Фото: AFP PHOTO / Scanpix / LETA

Но, боюсь, все еще хуже. Они не просто готовы, они ХОТЯТ, иррационально, вне всякой логики хотят использовать ядерное оружие, они мечтают об этом. И чем хуже для Путина пройдет саммит в Швейцарии, тем лучше — можно будет убеждать свой народ, который в рай точно не хочет, что окружили нас, деваться некуда! И Белгород бомбят, и корабли топят, и в Москву скоро придут. И мир ведь предлагаем — не хотят, гады.

Многие не обращают внимания на слова политиков — мол, важно, что они делают, а не что говорят. Конечно, есть такие, как Жириновский — язык без костей, чего он там наговорил, он через пять минут и сам не помнил. Но Путин совсем не таков, он, как ни странно, часто правду говорит. Сказал в ходе думской кампании 2007 года, что либералы враги, вот они и сидят по тюрьмам. Объявил врагами Запад (когда он только начал использовать эту риторику, многие успокаивали других и себя — это он так, на внутреннее потребление, на самом-то деле он западник), так и воюет. Держит, в общем, слово.

А сейчас всё про Бомбу. И угрожает уже не только устами Медведева и телевизионных клоунов, но и сам. Вот малые страны предупредил с высокой плотностью населения. Да и многое другое уже было — услышьте, наконец!

Он хочет использовать ядерное оружие, у него, наверное, уже и цели расписаны, и график утвержден. Если как после первого ультиматума, так это днями случится. Чтоб мне ошибиться!

Надеюсь, это еще можно предотвратить. Но необходимое условие, чтобы он отказался от своих планов (если, конечно, верны мои предположения о его намерениях), — это его понимание, что ответ будет немедленным и страшным. Ведь был момент, когда наши начальники заговорили о ядерном оружии, а потом резко замолчали. Тогда ходили слухи, что то ли Си, то ли американцы через Си сказали, что не надо этого делать, а то будет вот так и так. Плохо будет! И он, как казалось тогда, поверил.

Мое впечатление, что сейчас он перестал бояться Запада, перестал верить в возможность ответного удара, по крайней мере, пока все происходит на территории Украины. Он презирает Запад, считает его лидеров болтунами и трусами, а потому уверовал в свою безнаказанность. Думаю, у Запада остались буквально дни, чтобы переубедить его.

Самое время тем, кто верит в Бога, просить его пощадить человечество.

pdfshareprint
Главный редактор «Новой газеты Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.